Случаи насилия над детьми в россии

Громкие случаи насилия над усыновленными в России детьми

В декабре 2003 года в США скончался усыновленный в России 6-летний Алексей Павлис (Гейко). Обследование показало гематому мозга и кровоизлияние в мозг. Приемная мать избила мальчика за то, что он обмочился в постели. Ирму Павлис приговорили к 12 годам заключения.

В июле 2005 года в штате Виргиния погибла двухлетняя Нина Хилт (Вика Баженова). Ее до смерти избила приемная мать Пегги Сью Хилт. Как показало вскрытие, девочка умерла от ударов в брюшную полость. Суд назначил Хилт наказание в 25 лет тюрьмы и 10 лет условного заключения.

В июле 2008 года погиб двухлетний Дима Яковлев. Приемный отец Майлз Харрисон на целый день оставил ребенка в закрытой машине. Кондиционер был выключен, и температура в машине достигла 50 градусов. Мальчик скончался. Суд вынес его приемному отцу оправдательный приговор.

В августе 2009 года от черепно-мозговой травмы и целого ряда других повреждений умер семилетний Иван Скоробогатов, усыновленный в 2003 году. Проводившие вскрытие медики нашли на теле мальчика более 80 видимых ран и повреждений, 20 из которых были на голове. Приемные родители были признаны виновными в непредумышленном убийстве, они находились под стражей 19 месяцев.

В августе 2010 года стало известно, что суд проводит разбирательство по делу супругов Эдельвины и Стивена Лещински, которым были предъявлены обвинения в издевательствах над тремя приемными дочерьми — 12, 13 и 14 лет, все они были из России. Дети заявили о многократном принуждении к серьезным физическим нагрузкам (бег на большие дистанции, отжимания на гвоздях). Суд приговорил супругов к четырем годам условно.

В июне 2011 года полиция штата Джорджия выявила факт сексуального насилия гражданина США Майкла Гизмора по отношению к удочеренной им Ксении Антоновой из города Кемерово. Девочка была ввезена в США в 2001 году, приемная мать от нее отказалась в 2009 году, и Ксения была удочерена повторно Гизмором. В 2010 году он был арестован, но свою вину не признал, заявив, что все произошло по взаимному согласию, а Ксении в тот момент было уже 16 лет, что по законам штата Джорджия считается совершеннолетием.

В сентябре 2012 года жесткую реакцию МИД РФ вызвал отказ окружного судьи штата Флорида обеспечить российским консульским работникам доступ к шестилетнему Максиму Бабаеву, пострадавшему от жестокого обращения со стороны приемных родителей. По информации внешнеполитического ведомства, Максим Бабаев подвергался насилию в приемной американской семье Шеда и Кристи Трэйлор. Супруги Трэйлор были арестованы в 2011 году по подозрению в жестоком обращении с мальчиком, в ноябре 2012 года суд штата Флорида приговорил их к условным срокам за избиение и сексуальное насилие над ребенком и лишил родительских прав.

В феврале 2013 года Павел Астахов сообщил, что в штате Техас приемной матерью убит трехлетний Максим Кузьмин, усыновленный в октябре 2012 года. По версии господина Астахова, приемная мать кормила ребенка психотропными препаратами, перед смертью он был к тому же сильно избит. Смерть Максима Кузьмина была признана властями США несчастным случаем.

Сексуальное насилие над детьми: ближе, чем кажется

Сексуальное насилие над детьми — это не то, что где-то случилось с кем-то. Это то, что происходит повсеместно, просто об этом принято молчать, а не говорить. «Литтлван» выслушал истории тех, кто знает о проблеме не понаслышке и спросил экспертов, как пережить этот ужас и не допустить, чтобы это происходило с нашими детьми.

«Мне было лет девять. Мы с другом Ромкой жили на одной лестничной площадке, квартиры — стена к стене. Ходили друг к другу по сто раз в день. Родители говорили: «Спрашивай, кто звонит». Я кивала и не спрашивала. Что спрашивать, если это опять Ромка? В тот раз не спросила тоже. Мужчина зашел по-хозяйски в прихожую, спросил: «Ты играешь на фоно?». Я кивнула. Он сказал: «Сыграй мне!». Я открыла ноты, начала играть Бетховена, сбилась, посмотрела на него — он стоял, достав член. Меня парализовало.

Тут в подъезде раздались какие-то звуки, мой гость разволновался, выглянул. Мне хватило ума захлопнуть дверь и позвонить Роминому папе, милиционеру: «Ко мне сейчас приходил дядя без трусов!». Его мы так и не нашли — лица я не запомнила. Но запомнила, что мне очень повезло. Увы, так повезло не всем».

Страшные воспоминания детства: отец, отчим, братья, сосед, учитель, друг семьи, киномеханик…

Марина: «У меня был отчим. Отношения не сложились — он был жестоким. Однажды, когда мне было 11 лет, в длительное отсутствие мамы он залез ко мне под одеяло. Я активно сопротивлялась. Больше попыток насилия не было, но я дико этого боялась. И как только появилась первая возможность уйти из дома, я это сделала».

Екатерина: «Когда мне было от года до трех, мама с папой брали меня в кровать. Отец просил держать его за член. Я подросла и начала убегать, но родилась младшая сестра, и ей они говорили делать то же самое. Когда уже после смерти отца рассказала маме, что я все помню, она закричала: «Ты была маленькая, ты не можешь этого помнить!». С тех пор мать старается никогда со мной не оставаться наедине».

Аня: «Меня с 5 до 6 лет насиловал сосед, которого просили со мной посидеть. С ним оставляли всех детей нашего подъезда. Мне было очень больно и очень страшно. Он снимал с меня колготки и сажал на свой огромный член. Я говорила взрослым, что не хочу больше сидеть с соседом, но они меня не слушали».

Андрей: «Наш завуч, закрыв дверь в пионерской комнате, сажал меня на колени и целовал в губы. Я учился тогда в начальной школе. Он говорил: «Не бойся, я тебе как папа». А я боялся, но не мог ничего сделать. И закричать не мог. И сбежать не мог. Я маленький, а он большой. Это повторялось раз за разом. Потом я вырос. Я его видел недавно на улице. Он выглядит как бомж. Подошел ко мне, спрашивает: «Ты помнишь меня?». А я, конечно, помню, но говорю: «Нет!». А самому не так страшно, как тогда, но все равно страшно. И очень брезгливо. Я бы хотел, чтобы этого со мной не было».

Читайте так же:  Как подать на алименты после 18 лет

Анна: «С 3 до 6 лет меня насиловали старшие братья».

Юля: «Мне было страшно и стыдно признаться маме, что отчим сажает меня на колени, заставляет смотреть порнофильмы и держать член. Он сказал, что если я признаюсь, она убьет меня за то, какая я мерзкая и плохая, и они будут прекрасно жить вдвоем».

Оксана: «Меня насиловал друг семьи. Меня учили быть послушной — и я слушала его и шла, когда он меня звал. А потом узнала, что это называется «изнасилование», рассказала маме, и она мне поверила. И его посадили в тюрьму».

Василиса: «В лагере летом мы ходили в кино. Когда закончился фильм, я шла последняя и, увидев приоткрытую дверь в кинорубку, заглянула туда. А там киномеханик. Сначала поманил, а потом закрыл передо мной дверь на железный крюк: «Я тебя не выпущу! Только если ты меня поцелуешь!». Я скривилась, но чмокнула его в щеку. А он сказал, что надо поцеловать по-взрослому. Мне было страшно и стыдно. Но я сказала, что сейчас громко закричу и что целоваться по-взрослому не умею. Он меня выпустил. Я никому не рассказала об этой истории — ощущала себя виноватой и причастной к чему-то запретному. Считала, что ненормальный не он, а я, так как не ушла со всеми и спровоцировала ситуацию своим любопытством».

Мы больше не будем молчать!

В декабре 2018 года основатель петербургской благотворительной сети магазинов «Спасибо» Юлия Кулешова призналась, что с 5 лет подвергалась сексуальному насилию со стороны отчима. Ее история, опубликованная на интернет-портале «Такие дела», у многих перевернула восприятие проблемы сексуального насилия. В монологе Юлии — классическая история ребенка, который испытывал насилие, молчал о том, что происходит, и не имел возможности быть услышанным.

23 женщины только из моего окружения в детстве были неоднократно изнасилованы отцами, отчимами, дядями, братьями, дедушками. Это те люди, которых я знаю лично. Часто первый раз происходил до школы.

Спустя несколько дней после публикации Юля объявила о создании сообщества тех, кому пришлось пережить подобное: «На первых встречах в Москве и Петербурге мы собрались вместе, чтобы посмотреть друг на друга и побыть рядом. Вот так прийти, признаваясь в своей беде другим, снять куртку, невзначай заговорить с соседкой — очень страшно и требует большого мужества после десятилетий стыда и одиноких самокопаний. И вдруг оказывается, что то, что я так боялась, таясь в темном углу, — это я зря. Наша встреча для меня — огромная, бесконечная, светлая радость. Теперь мы вместе. Будем поддерживать друг друга. Делать важное, чтобы меньше детей сегодня и завтра прошли через наш опыт. И да, молчать мы больше не будем!».

По мировой статистике сексуальному насилию подвергается 1 из 3 девочек до 18, и 1 из 5 мальчиков.

Сексуальное насилие в 90% случаев происходит в семье и близком окружении ребенка.

Как помочь и предотвратить?

«Чтобы глубже узнать проблему, я обратилась к руководителю Института социального проектирования в поддержку семьи и детства, психологу Марине Буняк. И узнала, что при проведении институтом семинара «Как помочь ребенку, пережившему насилие?» 40% участников приходят не за обучением, а чтобы наконец-то помочь себе в безопасной обстановке осуществить встречу со своей травмой! Многие участники после семинара становятся клиентами личной терапии.

Из опыта работы института хочу отметить:

  • масштаб проблемы значительно больше, чем мы его себе представляем;
  • нет культуры обращения к специалистам по этой теме;
  • нет методологического психолого-педагогически обоснованного стандарта работы с обращениями в данной теме в госорганах. Сотрудники учреждений не знают, как обсуждать эту тему, что и как можно говорить и как не ретравмировать;
  • родители часто не готовы услышать и не знают, как обходиться с информацией о насилии, и часто родитель сам травмируется и становится деструктивным и избегающим;
  • в ситуации, когда родитель не взял на себя ответственность за случившееся, эту ответственность пожизненно несет ребенок. Такие «замершие» ситуации насилия неизбежно влияют на становление личности, на выстраивание отношений и последующую жизнь;
  • очень важно, чтобы эта тема начала подниматься в обществе. Сейчас неготовность говорить про насилие происходит на всех уровнях — на уровне общества, семьи и самой жертвы».

«Эта тема часто вызывает страх и отрицание: «Со мной это никогда не случится», или «Жертва сама виновата, это она все спровоцировала». Но нет же! Сексуальное насилие происходит здесь и сейчас. Как в цивилизованных странах, так и в нецивилизованных. Как в бедных семьях, так и в богатых и успешных (либо в случае психического нездоровья, либо у крайне непорядочных — бывает, что семьи могут даже усыновлять ребенка с этой целью). Но разница между этими странами и семьями состоит в том, что в случае бедности у слабого нет прав и защиты — за подобное взрослого мужчину могут даже не порицать. В это же время в цивилизованных странах за такие действия последует штраф, контроль органов опеки и наказание вплоть до тюремного.

Что делать сегодня, чтобы наши дети были защищены?

  1. Физически не оставлять их в ситуации, где они могут подвергнуться сексуальному насилию.
  2. Не оставлять их наедине с малознакомыми родственниками.
  3. Обучать детей тому, что такие ситуации существуют, и если такое происходит, то это не их вина, а того человека, который совершает преступление.
  4. Многим детям понятно, что тот, кто ворует кошельки и отбирает телефоны — преступник. Так вот: тот, кто совершает действия сексуального характера по отношению к ребенку, — тоже преступник. И поэтому необходимо разговаривать обо всем, что происходит, с мамой или папой — чтобы взрослые могли остановить эту историю.

Но глобально мой совет больше: я желаю взрослым научиться зарабатывать намного больше денег, вырасти профессионально и переехать жить в благополучный район или даже сменить страну на благополучную, где проблема сексуального насилия стоит не так остро, как в России».

Почему дети хранят тайну насилия над ними

В начале марта канал HBO выложил в свободный доступ по всему миру четырёхчасовую документальную ленту «Покидая Неверленд». Основа фильма — истории двух мужчин — Уэйда Робсона и Джеймса Сэйфчака. В мельчайших подробностях они рассказывают о сексуальном насилии и психологическом абьюзе (скрытое или прямое насилие над партнером психологического плана — прим. ОТР), которое над ними регулярно совершал певец Майкл Джексон, когда они были еще детьми. Провокационную и неоднозначную картину режиссера Дэна Рида мы использовали как повод поговорить о насилии в России.

Читайте так же:  Копия свидетельства о смене фамилии

С помощью экспертов пробуем разобраться: почему же у нас неприлично признаваться в том, что ребенок был подвергнут агрессии? И какие правила должны заучить родители, чтобы понять: их ребенка изнасиловали.

С мамой мы никогда об этом не говорили

Оле Синцовой — 32. До этого времени она никому не говорила, что в детстве ее подвергли сексуальному насилию. Это был незнакомый человек. Сначала он предложил поиграть с ним на улице, затем позвал в гости.
. Мне было 5. Это было в поселке Новая веселая в Магадане. В начале 90-х там, где мы жили, родители свободно отпускали детей играть на улице. Это был рыбацкий посёлок, где все друг-друга знали. Мы убегали к берегу Охотского моря, собирали морскую капусту и раковины.

Он угощал сладостями, много шутил. А потом предложил свой «леденец»

Как мне повстречался этот человек — не помню. Он угощал сладостями, много шутил. А потом предложил свой «леденец». Кажется, еще он называл «его» грибком. Мы просто играли, в этом не было ничего необычного.

Вернувшись домой, я рассказала маме о новом друге, рассказала о его «угощениях». Не помню каким образом она узнала его адрес. Только она взяла из погреба отцовский костыль и лом, которым мы долбили уголь для печи, и ушла на пару часов из дома. Этой истории я не придала особого значения. Понимание пришло только в школе, когда в памяти почти ничего не осталось. С мамой мы никогда об этом не говорили.

Из статистике ООН: 1 из 3 женщин и девочек испытывает физическое или сексуальное насилие хотя бы раз в жизни

По данным Федеральной службы государственной статистики, в 2015 г. в России было зарегистрировано 3900 преступлений с пометкой «изнасилование и покушение на изнасилование»

По данным независимого благотворительного центра помощи пережившим сексуальное насилие «Сёстры»:

  • Заявления подают 10–12 % жертв.
  • Принимают заявление у каждой пятой
  • в 1 из 3 случаев возбуждается уголовное дело

Официальная статистика говорит сама за себя, однако общественность не муссирует ее с такой же силой, как скандалы из личной жизни звезд на теле-шоу. Клинический и аналитический психолог Ольга Грузберг рассказывает, что в России до сих пор не существуют официальные протоколы по методике работы с сексуальным насилием, совершенным над детьми.
«Если на прием к психологу проходит 10-летний ребенок, который говорит о сексуальном насилии, часть специалистов будет молчать. Хотя по закону мы обязаны принимать меры. У нас в этом вопросе большая дыра, что, уж, говорить об обществе, которое закрывает на это глаза», — считает клинический психолог, системный семейный психотерапевт, тренер Школы детской безопасности Анастасия Лучик.

75-90 % насильников знакомы детям

По данным центра «Сестры»: 10-12 % жертв насилия доходят до полицейского участка. При этом только одно из трех заявлений принимается и идет в дело.
«В моей практике, большинство из родителей, выясняя, что их ребенок был растлен, не обращаются в полицию. Это связано с чувством стыда в первую очередь у самих взрослых. У них возникает самообвинение — «как же так, я не доглядел», — говорит Лучик.

Фото: Михаил Терещенко/ТАСС

По данным вице-спикера Ирины Яровой, которые публикует «Интерфакс»:

  • В 2017 году от сексуального насилия пострадали 4245 несовершеннолетних. Из них около 1800 детей были в возрасте до 10 лет.
  • В 2017 году СК РФ зафиксировал рост сексуального насилия среди детей. Это подтверждают 7011 возбужденных уголовных дел. В 2016 году их количество было ниже — 5835 уголовных дел.
  • 75-90 % насильников знакомы детям
  • 35-45 % — их родственники
  • Только 2 % жертв внутрисемейного и 6 % несемейного насилия сообщают о преступлении властям.

Характерный признаки, определяющие отклонение у ребенка, пережившего сексуальное насилие

Некоторые из признаков, указывающие на то, что ребенок подвергся насилию, пугают своими деталями. Представить, что такое может случиться в вашей семье страшно. Но психолог Анастасия Лучик уверена: «Знать их необходимо не только профессионалам: врачам или психологам. Школьные учителя, воспитатели в детский садах, родители должны уметь видеть сексуальное насилие». Ниже мы приводим определенные признаки, наличие которых — повод поинтересоваться состоянием ребенка.

  • Недержание кала, мочи, кровь на белье. Синяки, ссадины.
  • Боль при сидении и ходьбе.
  • Появление сыпи, жжения в области гениталий и анального отверстия.
  • Чрезмерная мастурбация.
  • Приступы рвоты или воспаление горла. Во время оральный секса, насильник мог заразить ребенка гонореей, вызывающей воспаление горла.
  • Ушибы вокруг половых органов или рта.
  • Ребенок может отыгрывать ситуацию. При этом между обычной игрой и отыгрышем существует разница. В последнем случае дети проецируют на предметы очень реалистичные сцены, которые они не могли знать в силу возраста. Например, сгибают у куклы Барби колени, подставляя сзади к ней Кена.
  • Ребенок владеет знаниями о сексе, несоответствующие его возрасту.
  • Резкая смена поведения. Ребенок был открытым и вдруг перестал общаться. Либо наоборот: без причины ведет себя вызывающе.
  • Соблазняющее поведение.
  • Страх перед людьми. «Я не пойду больше к дедушке. Я его боюсь».
  • Повреждающее поведение. Встречается чаще у подростков, которые намеренно причиняют себе боль.
  • Внезапное фобическое поведение в отношении определённых мест, предметов. Например кровати, чулана — там, где над ним было совершено насилие.
  • Регрессия. Трехлетний ребенок, научившийся говорить связанные предложения, внезапно и двух слов связать не может.
  • Частые перепады настроения, нестабильное состояние, нарушение сна.
  • Разговоры о том, что он «грязный, плохой или испорченный».

«Нас били и насиловали»: замучили до смерти сотни детей

Виды насилия над детьми

Статистика доказывает: чаще всего насилие над детьми происходит в их ближайшем кругу. «Обычно серийные педофилы медленно подбираются к ребенку: репетиторы, друзья семьи, школьные педагоги. Они ведут себя дружественно, создавая привязанность. Сексуальные хищники способны соблазнить ребенка уговорами, подкупить подарками. Поэтому нам нужна культура безопасности в обществе», — считает Лучик.

Пример: Юная теннисистка допускает ошибку на корте. Тренер — авторитет и кумир для нее. Поэтому сексуальное насилие по отношению к девочке он выдает за благо, так он мотивирует ее играть лучше.

«Насильники всегда находят оправдания. А поскольку у нас существует установка: «взрослые — непогрешимые существа», дети слушают их», — уверена психолог.
Она также приводит пример из практики насилия одного сиблинга (сиблинг — кровные братья и сестры- прим. ОТР) над другим.

[3]

Видео (кликните для воспроизведения).

Пример: В семье двое сыновей. Старший растлил младшего. В этой ситуации взрослый человек стоит перед тяжелой моральной дилеммой и решает, как будет лучше для обоих детей. Мать не может отмотать время назад, предотвратив насилие. При этом, обратившись в полицию, ей придется столкнуться с ужасными последствиями, отразившимся на всей семьи. Поставьте себя на ее место. Как бы вы поступили?

Читайте так же:  Бланк заявления на взыскание алиментов на ребенка

Фото: Илья Андриянов / Фотобанк Лори

[1]

Насилие внутри подростковой группы
В этом случае над жертвой совершается коллективное надругательство, чаще всего с летальным исходом.

Большая часть домогательств происходит в Интернете
Ребенок завязывает дружбу с акаунтом, думая, что по другую сторону — такой же сверстник, как и он. Они начинаю общение, делятся проблемами. В какой-то момент мошенник просит сделать интимные фотографии. Как? Он либо влюбляет жертву в себя, либо шантажирует: «Если ты не пришлешь мне ролик, где ты мастурбируешь, я разошлю твои интимные фото твоим друзьям, одноклассникам, а потом и родителям». Почти все дети подчиняются, им стыдно за свои действия.
Как только приманка сработала, требования шантажиста увеличиваются: сначала он просил ребенка мастурбировать на камеру, потом — позвать друга и изобразить половой акт. Так сегодня и снимается детское порно.

Сексуальный ликбез для детей

Секс — это принадлежность к какому-либо полу. «Беседы о нем стоит начинать, когда ребенок начинает познавать свои части тела. Вопросы о безопасности очень важно проводить в дошкольном возрасте — это профилактика сексуального насилия», — считает системный семейный психотерапевт Светлана Тимофеева. Сегодня на вопрос ребенка: «Как я появился на свет?» ответ про аиста или капусту уже не пройдет.
Современные дети очень рано узнают про секс. В 1 классе они натыкаются на порнографию в телефоне, и у них складывается неверное представление о сексе. Поэтому родители сами должны рассказывать своим малышам про границы тела, про существование интимных зон, которые никто не может трогать.

Упражнение «Социальные круги»
Его смысл в том, чтобы объяснить даже маленьким детям, что по отношению к ним может делать близкий, знакомый человек, а что этим людям делать запрещено. «Это упражнение родители со своими малышами должны повторять раз в квартал», — говорит Лучик.

Ребенок объясняет насилие на языке сказок, но ему никто не верит

Важно, чтобы у ребенка была возможность называть половые органы правильно. Почему дети не рассказывают о насилии, которым они подверглись? Психолог Лучик отвечает: «Они просто не знают слов для того, чтобы это описать.
Некоторые могут пытаться рассказать родителю, что произошло, используя при этом свои аналогии».

Например, девочка объясняет: «В мой домик постучался Миша». Под «домиком» она имеет в виду вагину. Ребенок объясняет насилие на понятном ему языке сказок, игрушек. А взрослые понимают все буквально. Но большинство из родителей даже не хотят слышать об этом.

Им кажется, что дети выдумывают, привлекая тем самым к себе внимание. Правда заключается в том, что дети никогда не сочиняют на эту тему. Но им не верят.
Даже медицинский персонал, который совершает освидетельствование в деле об изнасиловании, пытается навесить вину на маленького ребенка. «Ты настолько испорчен, что сделал что-то не так, поэтому и пострадал», — говорят они ребёнку.

Фото: Syda Productions / Фотобанк Лори

Правило «Нижнего белья»
Родители рассказывают ребенку про интимные части тела, к которым не должны прикасаться посторонние, за исключением врача. Эти участки закрыты нижним бельем — майкой и трусиками. Если кто-то просит открыть или показать их — это ненормально. Дети могут интересоваться друг другом: «Покажи как у тебя там устроено». Но никто не должен принуждать их к этому.

Правило «Нет. Уйди. Расскажи»
Научите ребенка говорить: «Нет» взрослому. Не хочет он целовать бабушку или дедушку, не корите его за это, обвиняя в неуважении к старшим. Есть секреты, которые нельзя хранить. Соблазнение ребенка происходит по определенной системе. Носиль входит в доверие и, добившись расположения, может сказать: «У нас с тобой будет тайна, никому не говори о ней». Так сексуальные действия взрослого над ребенком приобретают окраску игры, приключения, окутанного атмосферой избранности, проявлением любви и нежности. Для детей важно, что им доверили секрет, и они готовы хранить его несмотря ни на что. Иногда насильники применяют шантаж: «Если ты расскажешь, убью родителей». В России до сих пор жалоба приравнивается к «стукачеству». Ябеду и слабаков никто не любит, их обзывают, с ними не делятся жвачками — считают дети и продолжают терпеть обиды и унижения.

Громкий скандал разгорается в Шотландии. Спустя несколько десятилетий воспитанникам одного из католических приютов удалось не просто раскрыть миру в прямом смысле страшную тайну ордена Дочерей милосердия, но и, похоже, наконец, привлечь своих мучителей к ответственности. На скамье подсудимых уже около 10 человек. Судя по кошмарным подробностям, которые удалось выяснить, обвиняемых будет больше.

Воспитанников католических приютов в Шотландии следствие называет выжившими, потому что есть и другая категория воспитанников — не выжившие. Они лежат в братской могиле на кладбище Святой Марии в городе Ланарке.

Мари Пичей, свидетель: «Я, мои брат и сестра могли здесь лежать еще 50 лет назад. Я не понимаю, как мы выжили».

По словам Мари, в приюте не было ни социальных работников, ни врачей. Это было полностью закрытое учреждение со своими правилами, никакие комиссии его не проверяли.

Мари Пичей: «Нас били, пинали, толкали, окунали головой в таз, раздевали догола. На сестер милосердия нам нельзя было даже смотреть, нельзя было с ними разговаривать. Нас насиловали. Мальчиков, девочек — всех».

Покинув приют, Мари дважды подавала жалобу на воспитателей — католический орден Дочерей милосердия святого Викентия де Поля. Оба раза ее жалобы были проигнорированы полицией истечения срока давности преступления. Но постепенно стала набираться критическая масса показаний от сотен бывших воспитанников.

Мари Пичей: «Это все осталось, никуда не уходит ни у меня, ни у остальных. Поломанная жизнь».

Начало правительственного дознания спровоцировало и обнаружение братской могилы. Журналисты нашли в архиве 402 свидетельства о смерти. В приюте воспитывались несколько иностранцев, в том числе дети из Польши и Белоруссии. Причинами их смерти наряду с туберкулезом и пневмонией были травмы, кровоизлияния в легкие и мозг. Самое позднее захоронение — ребенок 1981 года рождения.

Монахини утверждают, что все было в порядке, и отрицают, что девочки от голода ели клевер на прогулке, а сестры мыли по 30 детей в одной и той же ванне, что дети играли среди помойных баков с крысами и умирали, проглотив крысиный яд. Летом 2019 года начнут допрашивать монахов. Они будут отвечать также на вопросы о сексуальном насилии над своими воспитанниками обоих полов.

Читайте так же:  Раздел садового участка

Сколько детей подвергаются домашнему насилию и сколько родителей несут за это ответственность?

Жизнь

Количество резонансных дел , касающихся семейного насилия в отношении детей за последнее время увеличилось в разы , но сопереживая отдельным малышам , столкнувшимся с неимоверной жестокостью со стороны самых близких людей , мы даже не можем себе представить , сколько детей ежедневно сталкиваются с насилием со стороны родителей и опекунов в нашей необъятной стране.

Исходя из официальной статистики СК , только за девять месяцев 2018 года в России от рук преступников погибли 917 детей. Сколько из них скончались по вине родственников , узнать не представляется возможным , так как в открытом доступе данных по такой щепетильной теме не так-то много.

Реальное положение дел

Чтобы составить хотя бы приблизительную картинку , мы обратимся к статистикам разных ведомств. По данным Центра социальной и судебной психиатрии им. Сербского , на деле подвергаются избиениям со стороны непосредственно родителей порядка 2,5 млн ( !) детей до 14 лет , около 50 тысяч из них убегают из дома , чтобы избежать очередного нападения. Кроме того , около 30-40% преступлений происходят внутри семьи , 50% из них затрагивают детей ( дети становятся жертвами или свидетелями преступлений).

Важно понимать , что потерпевшими внутри семьи становятся дети всех возрастных категорий , но чаще всего страдают дети 6-7 лет , при чем 60-70% из них отстают в развитии , страдают физическими , психическими и эмоциональными расстройствами.

Получившие огласку

Согласно данным МВД , ежегодно становятся жертвами преступных посягательств внутри семьи порядка 26 тысяч детей , из которых от рук родителей или опекунов погибают около 2 тысяч , еще столько же совершают самоубийства , спасаясь от жестокого обращения внутри семьи , около 8 тысяч получают телесные повреждения , а порядка 14 тысяч и вовсе подвергаются преступлениям против половой неприкосновенности.

Однако зарегистрированных случаев катастрофически мало. Так по данным СК , только в первом полугодии ( !) 2018 года признали потерпевшими в следствии действий родителей , опекунов или усыновителей всего лишь 87 детей ( не тысяч , единиц!), из них 22 ребенка подверглись сексуальному насилию , в отношении 6 совершены мошеннические действия. Оставшиеся 59 наверняка подвергались избиениям. Маловато , не правда ли?

Еще страшнее становится , когда видишь , сколько людей привлекают за подобное по статье. Обратимся к УК. Статья 156 «Неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего» подразумевает наказание за жестокое обращение с несовершеннолетними.

  • побои и другое физическое воздействие;
  • лишение ребенка еды , воды , применение других форм издевательств;
  • применение угроз в адрес ребенка;
  • оскорбление ребенка и грубая критика в отношении него;
  • пренебрежение интересами ребенка , унижение его достоинства.

При чем проходят по статье не только родители , но и лица , на которых возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетнего , педагогические работники , сотрудники медицинских организаций , соцработники и др. Самое мягкое наказание — штраф до 100 тысяч или в размере дохода осужденного за период одного года , самое тяжкое — лишение свободы на срок до 3 лет.

По данным агентства правовой информации , за 2018 год по этой статье было возбуждено всего 930 дел. Из привлеченных по ней людей 283 отделались штрафом , 518 отправили на принудительные или обязательные работы и лишь 39 отправились в тюрьму.

Куда смотрят органы опеки

А теперь наглядно. В начале года мы рассказывали вопиющую историю молодой матери двоих детей из Кузьминок , которая всячески издевалась Россияне создали петицию, чтобы лишить родительских прав молодую мать из Кузьминок Органы опеки поставили семью на учет над своим младшим сыном , получившим родовую травму. Женщина недокармливала малыша , содержала в нечеловеческих условиях и обзывала собакой , позволяла старшему ребенку его бить , при чем снимала все на видео и выкладывала в интернет. Однако органы опеки решили не лишать ее родительских прав , а просто помочь выйти из кризиса , благодаря специалистам. Россиян , следящих за этой историей , возмутило подобное решение , они создали петицию с требованием забрать детей у женщины , однако все осталось по-прежнему.

Насколько органы опеки справляются со своими функциями стоит судить и по вчерашней истории 7-летней Аишы из Ингушетии. Когда родители девочки пропали без вести , ее забрала к себе тетя , судимая ранее за нанесение тяжких телесных. В течение года женщина не подавала никаких документов на оформление ребенка ( да и если бы подала , никто бы под опеку ей девочку не дал) и всячески истязала ее. Состояние регулярно подвергавшегося пыткам ребенка , привело врачей в шок В Ингушетии реанимируют 7-летнюю девочку, подвергшуюся истязаниям со стороны родственников На теле малышки обнаружены множественные увечья .

Демографический кризис

Ранее в правительстве отметили «катастрофическое» снижение В правительстве отметили «катастрофическое» снижение численности населения Вице-премьер опасается за демографию и обвиняет статистов во лжи численности населения. А буквально на днях глава Счетной палаты Алексей Кудрин, говоря о духовных и семейных ценностях россиян , привел ужасающую статистику. На 100 браков в России приходится 63 развода , на 1000 новорожденных — 5 смертей , зато страна лидирует Духовные скрепы россиян трещат по швам Кудрин привел ужасающую статистику по количеству абортов.

При этом в последнее время власти делают пытаются делать все возможное , чтобы вывести страну из демографического кризиса: предлагают ввести в школе уроки семейных ценностей В российских школах появятся уроки семейных ценностей Хоть что-то в жизни пригодится… , собираются повысить пособия Медведев предложил повысить детские пособия в 50 рублей Но не всем и даже советуют россиянкам рожать Чиновница посоветовала россиянкам рожать, а не учиться «Так лучше для самой женщины» , а не учиться. И недаром: по прогнозу ООН к 2100 году население в России может сократится К 2100 году население России сократится в два раза В ООН спрогнозировали большой демографический спад в два раза.

Ранее спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко заявила , что « мы все должны сделать все максимально возможное и невозможное , чтобы сохранить семью и ребенка в семье. Только в самом крайнем случае , когда угроза жизни ребенка , мы должны идти на изъятие детей из семьи».

Поэтому следует понимать , что сегодня государство гонится даже не за хорошей рождаемостью , а за благополучной статистикой , закрывая при этом глаза на проблемы внутри сформировавшихся семей , львиная доля которых ведет асоциальный образ жизни и не щадит своих детей.

Больше 80% преступлений против детей в РФ совершается в семьях, но даже настоящие изуверы редко получают реальные сроки

Нашумевшее дело сестер Хачатурян поставило перед российским обществом проблему семейного насилия над детьми, которые не могут дать взрослым отпор. Истории такого рода редко освещаются на всю страну, отчего создается впечатление, что издеваться над детьми способны лишь единицы. При этом каждый четвертый родитель признается, что хотя бы раз бил своего ребенка ремнем, а больше 80 процентов преступлений против детей в России совершаются именно в семье, пишет «Новая газета».

Читайте так же:  Подача на развод при наличии несовершеннолетних детей

Проанализировав более 400 судебных решений об избиениях, истязаниях, убийствах и жестоком обращении с детьми, журналисты выяснили, что половина преступлений совершается родственниками и близкими людьми в состоянии алкогольного или наркотического опьянения, причем поводами для избиений в «воспитательных целях», которые нередко заканчивались трагедией, служили мелкие провинности или неприязнь к своим детям.


При этом для 40 процентов людей, избивших или убивших ребенка, суд признавал смягчающим обстоятельством беременность или наличие других детей у подсудимых: в 2015 году суд Тулы признал смягчающим обстоятельством факт наличия двух детей у женщины, задушившей родившегося у нее третьего ребенка. Юристы отмечают, что человек, имеющий детей, в большей степени будет стремиться к исправлению и возврату в семью, чем человек, у которого никого нет.

Чтобы избежать ответственности за преступление, подсудимым, не причинившим серьезный вред здоровью, было достаточно помириться с жертвами. Суд прекращал уголовное дело, даже если в силу возраста решение о примирении за ребенка принимал его представитель. Если ребенка не убили или его здоровью не причинили тяжкий вред, даже когда истязания длились годами, подсудимые в большинстве случаев получали условные сроки или исправительные работы.

Так, в марте 2016 года отец третьеклассника долго избивал его деревянным прутом и угрожал отрубить ему руки топором. Поводом для этого стал звонок классной руководительницы, которая рассказала, что школьник без разрешения берет чужие игрушки, и попросила отца объяснить сыну, что так делать нельзя. На следующий день мальчику стало плохо во время урока, и его увезли в больницу. Отца признали виновным по 116 статье УК РФ (побои) и приговорили к исправительным работам на четыре месяца и ежемесячному удержанию в доход государства 10 процентов зарплаты.

Серьезными проступками со стороны детей, по мнению россиян, являются мелкое воровство, курение, употребление алкоголя, наркотиков и хулиганство. В этих случаях две трети опрошенных родителей считают допустимым физическое наказание ребенка. При этом в большинстве случаев преступлений против детей речь шла не о так называемых серьезных проступках, а о «резко возникшей неприязни». Поводом для избиений становился громкий плач ребенка, который мешал работать или выпивать; нежелание ложиться спать или идти домой; плохая успеваемость в школе или отказ помочь по дому; то, что ребенок не включил телевизор или мешал его смотреть. Совсем маленькие дети получали побои за то, что их вырвало во время еды или «с целью отучения от грудного вскармливания». А очень многие дети были избиты после того, как вступились за мать.

Кроме того, после принятия закона о декриминализации домашнего насилия от уголовной ответственности стали освобождать даже тех родителей, которые истязали своих детей очень долгое время. Однако наказания за насилие в семье не были существенными и до этого: уголовные дела за побои в отношении близких людей практически не возбуждались, а поступившие в суд в порядке частного обвинения прекращались за примирением сторон. Хотя после принятия закона о декриминализации виновных в побоях близких людей чаще привлекают к ответственности, под декриминализацию могут попасть и многократные избиения детей, несмотря на то, что это противоречит сути закона.

Статьи 117 (истязание), 116 (побои) и 115 (умышленное причинение легкого вреда здоровью) часто перетекают друг в друга, при этом факт истязания со стороны родителей доказать очень сложно. «До сих пор многим людям, в том числе и судьям, надо объяснять, что детей бить нельзя. Систематическое избиение детей воспринимается многими судьями не как умышленное истязание, а как неправильно понятый процесс воспитания», — отмечает специалист по семейному и детскому праву, адвокат Антон Жаров. О реальных сроках речь шла в основном в случаях, когда здоровью ребенка был причинен тяжкий вред (статья 111). Если ребенку причинили средний вред здоровью, условные сроки составляли больше 60 процентов приговоров. А по такой статье, как систематические истязания, по сути являющиеся пытками (статья 117), условное наказание получили более 70 процентов подсудимых.

[2]

Как следует из результатов опроса, опубликованного на сайте «Левада-Центра», каждый четвертый россиянин (24%) знает о домашнем насилии в своей семье или среди своего окружения, а каждый четырнадцатый (7%) видел рукоприкладство у родителей. Каждый двадцатый (5%) при этом признался, что либо сам применяет насилие в семье, либо является его жертвой. По словам большинства опрошенных, под насилием в семье они понимали рукоприкладство, как с тяжелыми физическими последствиями (например, удары ногами), так и без них (пощечины) сексуальное изнасилование, угрозы забрать ребенка и словесные унижения.

Чаще всего с насилием сталкиваются женщины в возрасте 31-54 лет (8%), показал опрос. Довольно высок и процент мужчин старше 55 лет (7%), которые признались, что сталкивались с насилием в собственной семье. Самый высокий процент людей, знакомых с насилием, среди россиян с уровнем образования ниже среднего. На вопрос социологов о том, как следует действовать женщине, которую избил муж, 59% респондентов ответили, что следует обратиться за помощью в полицию, 20% опрошенных советуют идти к психологу, 11% участников исследования рекомендуют обратиться к адвокату. При этом в российском обществе нет нормы обязательного регулирования и карательной реакции на домашнее насилие: люди крайне редко обращаются к адвокатам, психологам или в некоммерческие организации для решения этой проблемы.

Видео (кликните для воспроизведения).

Правозащитники, а также авторы петиции, собравшей уже около 800 тысяч подписей, добиваются появления в России закона о профилактике насилия в семье, который бы предусматривал систему охранных ордеров и помощь пострадавшим, например, создание кризисных центров или убежищ.

Источники

Литература


  1. Тихомиров, М. Ю. Незаконное увольнение. Практическое пособие / М.Ю. Тихомиров. — М.: Издание Тихомирова М. Ю., 2015. — 673 c.

  2. Марчалис, Николетта Люторъ иже лютъ. Прение о вере царя Ивана Грозного с пастором Рокитой / Николетта Марчалис. — М.: Языки славянской культуры, 2017. — 870 c.

  3. Хаин, В. Е. История и методология геологических наук / В.Е. Хаин, А.Г. Рябухин, А.А. Наймарк. — М.: Academia, 2017. — 416 c.
  4. Ефименко, Е. Н. Корпоративные конфликты (споры). Учебно-практическое пособие / Е.Н. Ефименко, В.А. Лаптев. — М.: Проспект, 2015. — 240 c.
  5. Ивакина, Н.Н. Культура судебной речи / Н.Н. Ивакина. — М.: БЕК, 2017. — 334 c.
  6. Случаи насилия над детьми в россии
    Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here